Чего ждать от российских эмитентов в кризис?

Чего ждать от российских эмитентов в кризис?

Фавориты и аутсайдеры: кто из эмитентов облигаций может оказаться в зоне риска из-за очередного шока в экономике

Автор: Антонина Тер-Аствацатурова


Какой эффект на российский бизнес окажут обострение ситуации с коронавирусом, продолжающееся падение нефти и девальвация рубля, какие отрасли пострадают сильнее, чего ждать от банков и лизинговых компаний, как переживают кризис ретейлеры и девелоперы и что происходит в моменте у эмитентов ВДО. Спросили об этом у аналитиков рейтинговых агентств и у самих компаний-заемщиков.


ЧИТАЙТЕ В СТАТЬЕ:

✔ Что будет с экономикой?

✔ Бизнес и кризис: кто под ударом?

✔ Чего ждать от банков?

✔ Дешевая нефть нефтяникам не помеха?

✔ Ажиотажный спрос: ретейл срывает банк?

✔ Лизинг не взлетит?

✔ Девальвация рубля: девелоперы в плюсе?

✔ Как дела в кризис у эмитентов ВДО?


© При использовании материалов сайта и цитировании — ссылка с URL-адресом обязательна

Что будет с экономикой?

Основное отличие кризиса 2020 года от шоков 2008–2009 и 2014–2015 годов состоит в том, что причиной проблем стала не финансовая система, а реальная экономика, сходятся во мнении аналитики и экономисты. Несмотря на то что финансовый сектор подошел к текущему кризису достаточно подготовленным, избежать экономического спада, очевидно, не удастся.

По оценкам аналитиков АКРА, российская экономика сможет показать в 2020 году рост от −0.2 до 0.6% (ранее агентство прогнозировало 0.8%). Это при условии, что Банк России не допустит кризиса ликвидности в банковской системе, а экономика получит своевременную поддержку со стороны бюджета. Инфляция на протяжении 2020 года, по прогнозам рейтингового агентства, не превысит 7%. При этом Банк России все же может прибегнуть к повышению ключевой ставки.

В «Эксперт РА» видят два сценария развития ситуации в 2020 году — умеренно негативный и кризисный.

— Пока мы в своем прогнозе опираемся на умеренно негативный сценарий, предполагающий снижение среднегодовой цены на нефть Brent до $40–45 за баррель, ослабление курса рубля на фоне слабых котировок нефти и ускорение инфляционных процессов, — говорит Александр Сараев, управляющий директор по банковским рейтингам «Эксперт РА». — В результате ключевая ставка может быть повышена на 1–1.5 п. п. до конца 2020 года, а темпы роста российской экономики замедлятся до околонулевых значений.

table1_issuers.png
Источник: Эксперт РА


Какой сценарий выберет российская экономика, решится в ближайшие полтора-два месяца, полагают в «Эксперт РА».

— На 22 апреля назначено голосование за поправки в Конституцию, после этого Банк России вероятнее всего прекратит «жечь» средства для поддержания рубля и тем самым сдерживать социальное напряжение, — рассуждает Александр Сараев. — Кроме того, в конце апреля рынок сможет оценить снижение спроса на нефть в зависимости от замедления мировой экономической активности на фоне борьбы с вирусом, а также влияние от увеличения объема нефтедобычи с 1 апреля. Если новых договоренностей по возобновлению сделки ОПЕК+ не будет, нефтяные цены ждет очередной период снижения, в результате Банку России станет экономически невыгодно поддерживать курса рубля в текущем ценовом диапазоне, так как это будет ускоренно истощать резервы. Отказ от валютных интервенций на фоне слабых цен на нефть приведет к значительному обесценению национальной валюты и активирует условия для наступления кризисного сценария, реализацию которого мы ожидаем при среднегодовой цене на нефть марки Brent ниже $35 за баррель.

Бизнес и кризис: кто под ударом?

— Наибольший ущерб от текущих событий получат закредитованные валютным долгом компании без валютной выручки и с коротким долгом, а также компании из отраслей, напрямую затронутых последствиями коронавирусной пандемии, такие как туризм и авиаперевозки, — комментирует Филипп Мурадян, младший директор по корпоративным рейтингам «Эксперт РА». — Большая часть крупных российских компаний на текущий момент имеют сбалансированную валютную позицию и профиль погашения долга, способны компенсировать временное снижение операционного потока за счет сокращения капитальных затрат и дивидендов.

— Большинство российских компаний подошли к началу 2020 года с умеренным уровнем долговой нагрузки, — соглашается Дмитрий Орехов, управляющий директор рейтингового агентства НКР. — Но из-за негативного влияния коронавируса и сырьевых цен на экономику нефтегазовую отрасль ждут рост долговой нагрузки и корректировка программ капитальных вложений. Давление на металлургию будет оказывать падающий спрос в потребляющих сталь отраслях. Пандемия коронавируса может затруднить поставки базовых станций и оборудования для сетей 5G и отсрочить их запуск в России. Переход на эскроу-счета приведет к росту кредитной нагрузки девелоперов жилья. Нефтехимические компании сохранят умеренные показатели долговой нагрузки за счет низкой себестоимости и значительной разницы в цене конечной продукции и нефтяного сырья.

— Под ударом кризиса будет большая часть компаний сферы пассажиро- и грузоперевозок, — продолжает Александр Сараев. — К первым мы относим авиакомпании (в том числе из-за необходимости продолжать валютные платежи по договорам лизинга на фоне падения перевозок), аэропорты («Домодедово» уже переводит часть сотрудников на 1/3 оклада), туристические компании и гостиничный бизнес. Ко вторым относятся компании, занимающиеся транспортировкой угля и нефти и в целом ориентированные в своей деятельности на импорт-экспорт, динамика которых сегодня слабо прогнозируема. Пострадают также сфера услуг и система общепита, с проблемами, безусловно, столкнутся арендодатели. В кратковременном выигрыше будет ретейл, который в условиях паники наращивает продажи, а также перевозчики внутри крупных городов (службы такси и доставки). Возможно, краткосрочно выиграют от продажи масок, антисептиков и роста онлайн-продаж фармацевтические компании и аптечные сети.




— Авиакомпании оказываются под двойным ударом: закрываются внешние популярные заграничные туристические направления, из-за регулярного обсуждения ограничительных мер внутри страны срезается внутренний туризм, предприятия всех уровней отменяют рабочие поездки, — дополняет Игорь Смирнов, директор по корпоративным рейтингам «Эксперт РА». — Тем временем курс бьет по авиаперевозчикам еще и через валютный лизинг. Часть перелетов отменить невозможно, чтобы не потерять слоты, но неосуществленные полеты позволяют сэкономить только на топливе — лизинг по-прежнему начисляется, а экипажу нужно платить зарплату, с аэропортами базирования также надо рассчитываться. Государство пока не предложило действенных способов поддержки. Вне явной бюджетной поддержки источником видятся лизинговые льготы от государственных лизинговых компаний и послабления по выданным кредитам от госбанков, но тут возникает вопрос, как много такой поддержки/убытка они смогут абсорбировать.

Под давлением оказываются и ж/д-операторы.

— Сначала из ожиданий рецессии, а позже и из-за фактической рецессии снижается глобальный спрос на промышленное сырье, материалы и топливо. Металлурги, угольщики и нефтяники перевезли меньше грузов уже по итогам 2019 года, но если до этого страдал преимущественно экспорт, то сейчас снизится и внутреннее потребление, — объясняет Игорь Смирнов. — Валютный скачок положителен для экспортеров, но на перевозчиков влияния напрямую не окажет — валютная выручка у них минимальна, при этом отсутствуют и валютные заимствования. Однако тут нужно учитывать, что отрасль находится под давлением и внутренних факторов: со второго полугодия 2019 года снижается ставка предоставления на самый массовый тип подвижного состава — полувагон — на фоне снижения погрузки на сети и переизбытка производства новых вагонов (вместе с невысокими темпами списания старого состава), это создает особенно высокие риски для закредитованных операторов.

Чего ждать от банков?

При повторении пикового стресса 2008–2009 годов российская банковская система может показать убыток около 800–900 млрд руб., посчитали в НКР. Правда, в наиболее вероятном сценарии развития ситуации банкам все же удастся избежать последствий, сопоставимых с шоком 2009 года, сразу по нескольким причинам, считают аналитики агентства.

Во-первых, банки существенно сократили объем валютного кредитования (86.2% совокупного капитала на 01.01.2020 против 113% на 01.09.2008). При этом бо́льшая часть валютных кредитов сегодня предоставляется заемщикам с валютной выручкой. Во-вторых, заметно снизился объем задолженности банковского и нефинансового секторов перед нерезидентами по кредитам — с $375 млрд по состоянию на 01.07.2008 до $156 млрд на 01.10.2019. В-третьих, произошло общее снижение (по некоторым секторам — сохранение) долговой нагрузки компаний в последние 3–4 года. В-четвертых, за последние годы банки в принципе смогли накопить богатый опыт прохождения через кризисы. И наконец, большим плюсом для системы является то, что за время, прошедшее с последних кризисов, Банк России серьезно ужесточил регулирование сектора, благодаря чему ему удалось вывести с рынка либо санировать значительное количество финансово неустойчивых банков.

Тем не менее в нынешний кризис российские банки объективно вынуждены будут столкнуться с просадкой прибыли, полагают аналитики «Эксперт РА». Это связано с отрицательной переоценкой ценных бумаг у игроков с большим торговым портфелем, а также с выпадением доходов из-за снижения кредитования на фоне возросших рисков в экономике. Особенно сильным снижение доходов будет в необеспеченном кредитовании, которое выступало драйвером последние годы. Кроме того, сокращение риск-аппетитов банков приведет к снижению перекредитовок и рефинансирования, что в условиях снижения реальных доходов населения вызовет рост дефолтности розничных кредитов и, как следствие, формирование провизий. Поэтому третьим ударом для банков будет ухудшение качества активов.

— В зоне риска окажутся игроки со слабым запасом капитала (ряд из них уже нарушал в 2019 году нормативы с надбавками), но в целом мы оцениваем устойчивость банковского сектора к предстоящей проверке на прочность как более высокую, нежели в кризисы 2008 и 2014 годов, во многом благодаря вычищению сектора от слабых игроков, а также росту концентрации сектора на госбанках, доля которых на сегодня формирует костяк банковской системы, — соглашается с коллегами из НКР Александр Сараев. — Поэтому при угрозе их финансовому положению мы ожидаем выделение дополнительных ресурсов для обеспечения бесперебойной работы. Кроме того, по нашему мнению, на подобную поддержку могут рассчитывать и крупнейшие частные банки, являющиеся либо системно значимыми, либо социально значимыми с точки зрения высокой доли в пассивах средств физлиц и МСБ.


ВЗГЛЯД ЭМИТЕНТА

Khotimskiy.png Сергей Хотимский, первый заместитель председателя правления Совкомбанка:

— Очевидно, эффект от текущего кризиса будет умеренно негативным для большинства крупных банков. Российские банки обладают высоким уровнем ликвидности и капитала и имеют достаточный запас прочности на случай внешних шоков. Банковское регулирование в России более жесткое, чем, например, в европейских странах. Поэтому российские банки лучше подготовлены к кризисным явлениям.

Наиболее критичным фактором является ситуация с коронавирусом. Агрессивные карантинные меры для борьбы с вирусом подавляют, а в некоторых странах и вовсе парализуют экономическую активность. При этом правительство и Центробанк принимают серьезные меры для сдерживания негативных последствий, предоставляют льготы для финансовой системы и наиболее пострадавших отраслей.

Российская экономика и банковская система за последние годы адаптировались к резкому изменению внешних условий. Бюджетное правило снизило зависимость курса рубля от цен на нефть. Существенные золотовалютные резервы, низкий внешний долг, профицит текущего счета и сбалансированный бюджет поддерживают устойчивость финансовой системы России. В этом году ожидается поддержка экономики со стороны наращивания бюджетных расходов.

Думаю, инвесторам в крупные российские банки (топ-50) волноваться не стоит. ЦБ и банки проводят активную работу для минимизации последствий внешних шоков. При этом инвесторам стоит по возможности хеджировать риски вложений, следить за развитием ситуации на мировых рынках, заявлениями менеджмента и отчетностью соответствующих эмитентов.

Для Совкомбанка в прошлом кризисные годы всегда становились наиболее успешными. Мы надеемся продолжить эту традицию. Само собой, комментировать конкретные планы мы не будем. Как и предыдущие кризисы, этот мы встречаем с максимальным запасом капитала. За последнее время мы привлекли $200 млн в наш акционерный капитал от консорциума суверенных фондов во главе с РФПИ. А также дважды разместили субординированные облигации на $600 млн в общей сумме. Сформирован гигантский запас ликвидности. Терпеливо, но с полной готовностью мы ждем правильной точки, чтобы реализовать все предоставляемые кризисом возможности.

Безусловно, от кризиса пострадают все без исключения типы активов; выиграют те, у кого риски будут меньше, чем у конкурентов. Мы имеем одну из самых высоких долей обеспеченных кредитов в рознице среди крупных банков. В корпоративном и инвестиционном бизнесе подавляющая часть наших заемщиков — крупнейшие корпорации с выручкой более 50 млрд руб. в год. Резюмируя, скажу, что мы однозначно видим для себя больше возможностей, чем угроз. Но попотеть придется. Будет интересно.


Дешевая нефть нефтяникам не помеха?

Снижение цен на нефть — это в первую очередь удар для федерального бюджета, а не для нефтяных компаний, полагает Александр Шураков, директор группы корпоративных рейтингов агентства НКР. С точки зрения российских компаний существенную долю в цене на нефть занимают налоги, эта доля непостоянная и зависит от «близости» среднемесячной цены на нефть Urals к $15 за баррель. Российские нефтяные компании могут сохранять положительную операционную прибыль и в условиях достаточно низких цен на нефть, но при условии поддержания объема экспортных поставок. Ситуация может существенно ухудшиться, если российские компании будут вынуждены снижать объемы экспортных поставок из-за невозможности продать нефть на зарубежных рынках даже по таким низким ценам.

— В нефтедобыче падение цен на нефть будет значительно амортизировано спецификой налогообложения, а также обесценением рубля, поэтому проблемы могут возникнуть только у сильно закредитованных компаний с коротким долгом и ограниченными возможностями по рефинансированию, — говорит Филипп Мурадян из «Эксперт РА». — В нефтепереработке из-за снижения рублевой цены барреля снизится логистическая субсидия, ряд НПЗ могут стать убыточными. Преимущество будет у наиболее технологичных НПЗ, реализующих топливо на внутреннем рынке. Стабильные цены на топливо на АЗС выступят своего рода хеджом, который тем не менее несколько потеряет силу из-за необходимости выплачивать штрафы государству по демпферу. Как всегда, наиболее сложная ситуация с точки зрения кредитного риска в нефтяном секторе будет у независимых НПЗ, чьи потенциальные убытки не смогут быть дотированы за счет добычи.

Ажиотажный спрос: ретейл срывает банк?

Ажиотажный спрос на продукты питания в марте положительно отразится на результатах ретейлеров за первый квартал, полагает Михаил Ганелин, старший аналитик «АТОН». И хотя он не продлится более 2–3 недель, положительный эффект будет скорее всего более длительным из-за мер карантина и самоизоляции. Результатом карантина вероятно будет рост домашнего потребления продуктов питания. Вдобавок ускорение инфляции может помочь доходам сектора. Главным риском для сектора остается закрытие торговых центров из-за введения карантина, что вызовет отток покупателей в более мелкие форматы и в онлайн.

— В условиях распространения коронавируса и объявления карантина продажи продуктовых ретейлеров значительно вырастут, но повышенный спрос также потребует дополнительных затрат на формирование запасов, логистику и оплату труда, — предупреждает Михаил Ткач, младший директор по корпоративным рейтингам «Эксперт РА». — Увеличение продаж можно разложить на две составляющие: общий ажиотаж вокруг товаров длительного хранения и резкое снижение потребления в местах общественного питания с перераспределением расходов населения в пользу продуктового ретейла. Первый фактор носит скорее отложенный эффект, поскольку, закупившись впрок сейчас, люди будут потреблять накопленные запасы в период, когда ситуация стабилизируется. Второй же фактор более значим для торговых сетей и, несомненно, играет им на руку.

В последние годы покупательские предпочтения сильно менялись. Люди стали реже готовить дома и чаще посещать места общественного питания либо заказывать доставку. Соответственно, торговые сети конкурировали не только между собой, но и со сферой услуг в лице ресторанов быстрого питания, кафе и готовой продукции. В связи с пандемией коронавируса большая часть населения предпочтет воздержаться от посещения общественных мест, уровень доверия к доставке готовой еды также снизится, поэтому как минимум на период неопределенности и борьбы с вирусом продуктовые сети будут получать дополнительный доход. Во время текущего ажиотажа цены, в частности, на товары первой необходимости вряд ли сильно вырастут, поскольку находятся под особенным надзором государственных органов. К тому же, исходя из комментариев производителей и торговых сетей, проблема дефицита товара кажется не более чем надуманной. Давление на цены могут оказать валютные колебания. Если обесценение рубля не отыграется, то в скором времени продуктовая инфляция будет постепенно разгоняться, но все же меньшими темпами чем в 2014–2015 годах. Рост продуктовой инфляции, как правило, положительно отражается на финансовом состоянии торговых сетей.


ВЗГЛЯД ЭМИТЕНТА

Lubnina_150.png Виктория Лубнина, старший вице-президент по финансам компании «Азбука Вкуса»:

— Ситуация с коронавирусом, продолжающееся падение нефти, девальвация рубля в совокупности, безусловно, оказывают влияние на ретейл, но по сравнению с остальными отраслями наши риски не такие высокие: потребность в продуктах питания сокращается у потребителей в последнюю очередь. Для «Азбуки Вкуса» как для ретейлера, у которого импорт составляет более 50% в ассортименте и 45% в товарообороте, наиболее критичен валютный фактор. Для минимизации его влияния компания использует инструменты хеджирования.

Один из рисков, который мы наблюдаем уже сейчас, — это риск нарушения стабильности поставок импорта из-за беспрецедентного решения Евросоюза о закрытии границ на один месяц. У нас имеются достаточные накопленные запасы на центральном складе, и мы предпринимаем усилия по расширению ассортимента за счет импортного товара от дистрибьюторов, ожидаем, что оба этих фактора в совокупности помогут с минимальными потерями в широте ассортимента пережить период закрытия границ.

Премиальный сегмент продуктовой розницы менее чувствителен к росту цен, чем массовый, но более восприимчив к ассортиментным изменениям. У нашей целевой аудитории (это не обязательно покупатели с высоким доходом, но и клиенты со средним достатком, любящие радовать себя чем-то вкусным в приятной обстановке по сопоставимой цене) меньше чувствительность к цене. По опросам NPS, текущими ценами недовольны около 30% покупателей, но при этом отказываться от привычных покупок они не планируют.

Резких движений в ценообразовании мы не планируем, хотя избежать изменения цен при нынешних курсах валют вряд ли получится. У нас в обороте высокая доля импортных товаров, напрямую зависящих от курса валют, но по всем локальным поставщикам контракты в рублях, и мы будем сдерживать рост цен так долго, как это возможно, используя механизмы договорных условий.

В отношении эксклюзивного импортного ассортимента вопрос стоит так, что ретейлер либо повысит цену на полке вслед за ростом цены закупки, либо не сможет обеспечить наличие на полке этого товара. Если мы не сможем сдержать повышение цен от поставщиков, то нам придется поднимать цены на полке, чтобы обеспечить наличие товара и не сужать ассортимент, который отличает нас от остального предложения на рынке. На массовый ассортимент, зависящий от валюты, мы будем повышать цены не быстрее, чем рынок.

Жесткого падения спроса мы не прогнозируем. По опыту европейских стран, опережающих нас в сценарии развития эпидемии коронавируса на недели или месяцы, мы видим, что продуктовый ретейл наряду с фармацевтикой и аптеками остается одним из немногих устойчивых к текущим обстоятельствам бизнесов.

За последние несколько недель в связи с ажиотажем мы наблюдали резкий рост спроса и перевыполняли дневные планы продаж на 150–300%. В дальнейшем мы ожидаем планомерное снижение активности, но в целом эффект для розницы скорее положительный. Кроме того, карантинные меры способствуют рекрутингу новых клиентов в онлайн-каналы сбыта (интернет-магазин av. ru, мобильные приложения, доставка продуктов и готовых блюд через партнерские сервисы).

Волноваться нашим инвесторам совершенно точно не стоит. На фоне масштабного падения рынков, роста издержек и угрозы банкротства компаний, чьими товарами и услугами люди перестают пользоваться во время карантина, облигации компаний продуктового ретейла сейчас, пожалуй, являются одними из наиболее надежных бумаг.

«Азбука Вкуса» готова к кризисным сценариям и сможет выйти из них с минимальными потерями. В 2008-м и 2014-м скачок курса был более ощутимым, но переоценка импортного ассортимента не привела к трагическому оттоку тогда, не приведет и сейчас.


В непродовольственной рознице на фоне неопределенности и текущего обесценения рубля весь отложенный спрос поспешит совершить запланированные покупки сейчас, это приведет к высоким показателям по первому кварталу года, уверен Михаил Ткач:

— Дальнейшая ситуация будет зависеть от того, на какой отметке зафиксируется курс рубля, а также от ценовой политики производителей. Стоит отметить, что в сравнении с кризисом 2014 года закредитованность населения сейчас выше, а некоторые рынки и без внешних шоков в 2019 году находились под давлением из-за невысокой покупательской способности. В 2019 году снижение продаж было зафиксировано в fashion-сегменте и на рынке продаж новых автомобилей, в то время как рынок бытовой техники и электроники замедлил свой рост с 17% до 3%. Если обесценение рубля не отыграется и при этом вся курсовая разница будет переложена на конечного потребителя, то ситуация только усугубится и приведет к уходу части игроков.


ВЗГЛЯД ЭМИТЕНТА

Kozinets_150.pngВладимир Козинец, директор департамента казначейства «Рольфа»:

— Снижение курса рубля существенно повысило спрос на автомобили. Покупатели опасаются роста цен и стремятся приобрести автомобиль до вероятного подорожания. Рост спроса наблюдается во всех сегментах рынка, но в наибольшей мере — в премиум-классе.

Это классическое поведение клиентов в период резкой девальвации. Все, кто собирался купить машину в обозримом будущем, совершенно справедливо полагая, что цены вырастут, просто ускоряют реализацию своей цели.

Думаю, что похожая ситуация со спросом наблюдается сейчас у многих дилеров. Весь вопрос в том, насколько они смогут его удовлетворить, хватает ли у них машин, оборотных средств, кредитных лимитов и так далее. Ведь важна не только возможность, но и доступность инструментов для ее реализации.

Для автомобильного ретейла очень важное конкурентное преимущество — запас ликвидных средств. Для нас эта ситуация создает понятные плюсы: у нас есть достаточный запас ликвидности, что позволяет нам быстро выкупить дополнительные объемы машин и удовлетворить возникший спрос.

Оценить на данном этапе долгосрочные риски для автомобильной отрасли и авторетейла, связанные с распространением коронавируса, довольно сложно. В таких условиях трудно строить долгосрочные прогнозы, поскольку на их реализацию может повлиять множество факторов. Одно можно сказать с уверенностью: автомобили будут дорожать — как новые, так и с пробегом.

В моменте мы чувствуем себя достаточно комфортно. Если ситуация с коронавирусом и повышенной волатильностью на валютном рынке будет затягиваться, то для нас возникает два основных риска: риск ухудшения платежеспособного спроса в результате девальвации и риск повышения процентных ставок.

Пока мы считаем, что явных макроэкономических драйверов для того, чтобы ЦБ увеличил ставку, не прослеживается. Дальше возникает вопрос, который сейчас все друг другу задают: что ЦБ будет делать дальше — поддерживать рубль или поддерживать бизнес? С точки зрения логики, правильнее ставку не повышать.

Если регулятор все же поднимет ставку, это безусловно создаст нам определенный дискомфорт: во-первых, кредиты для нас станут дороже, во-вторых, это может негативно отразиться на ситуации с автокредитованием.

Но еще раз подчеркну, эти два риска существуют сегодня для любой экономики, для любого бизнеса и не имеют прямого отношения к кредитоспособности компании «Рольф».

Внутри компании все хорошо: у нас работающая стратегия, сильная команда, которая умеет работать в кризисных и быстро меняющихся условиях. Часть сотрудников уже перевели на удаленную работу, эта схема работает. Если упадут продажи новых автомобилей, это компенсируется продажами автомобилей с пробегом. Если падает вторичный рынок, у нас остается сервис, который приносит около 70% EBITDA для компании. Есть важный показатель — сервисный коэффициент покрытия (СКП), который показывает, насколько условно-постоянные расходы бизнеса и обслуживание долга покрыты доходами, генерируемыми бизнесом с низкой эластичностью к основному рынку, то есть сервисом. У «Рольфа» по итогам 2019 года СКП равен 124%. В этом отношении мы очень устойчивы.

При этом компания продолжает диверсифицировать кредитный портфель, открывая новые лимиты. Это позволяет нам снижать риски ликвидности. Кроме того, дополнительным хеджированием рисков ликвидности являются существенные резервы в виде остатков на счетах и разумная долговая нагрузка — в моменте показатель чистый долг/EBITDA у компании колеблется в пределах 2.5х ~ 2.8х. Это абсолютно комфортный показатель. Мы регулярно проводим мониторинг ситуации, а также обмениваемся информацией с нашими партнерами. Сейчас бизнес перешел в режим ручного управления, чтобы максимально быстро принимать решения в меняющейся ситуации.

Да, сейчас на рынке облигаций наблюдается сильное снижение цен. Бумаги «Рольфа» — не исключение. Но в нашем случае единственным поводом для волнения в отношении облигаций «Рольфа» может быть поиск правильного момента для того, чтобы откупить себе побольше бумаг компании по привлекательной цене.


Лизинг не взлетит?

Лизинг в России сегодня выступает одним из инструментов финансирования основных средств компаний. А именно долгосрочные инвестиции в наибольшей степени могут пострадать вследствие ожидаемого спада экономической активности на фоне распространения коронавируса, убежден Михаил Доронкин, директор-руководитель направления банковских рейтингов агентства НКР.

— Можно с уверенностью говорить о том, что лизинговая отрасль столкнется с сокращением числа новых контрактов, также высока вероятность отмены либо временной приостановки отдельных действующих контрактов, — заключил он.

— Если 2019 год характеризовался снижением кредитных ставок и увеличением объемов фондирования для лизинговых компаний на фоне укрепления рубля, то в текущем году ситуация во многом будет диаметрально противоположной, — констатировал Александр Сараев. — Поэтому, исходя из умеренно негативного сценария, мы ожидаем просадки объема нового бизнеса на 5–10%.

По словам Доронкина, в наиболее сложной ситуации может оказаться сегмент авиализинга, поскольку из-за падения спроса операционный поток российских авиакомпаний резко просядет в этом году, а на его восстановление до докризисного уровня после открытия границ может уйти от нескольких месяцев до одного года.

— Ослабление рубля и ограничения на полеты окажут давление на объем пассажирских перевозок, что в итоге приведет к росту убытков авиакомпаний и замораживанию их планов по наращиванию и обновлению воздушного парка, — объясняет Сараев. — В этой связи динамика авиализинга будет слабой в этом году, однако относительно базы 2019 года (самой низкой за последние 7 лет) мы ожидаем небольшого восстановления (не менее +5%) ввиду закрытия сделок, начатых в прошлом году.

Железнодорожный сегмент продолжит сокращаться вследствие дальнейшего роста профицита подвижного состава из-за падения погрузки на сети РЖД (-2.8% за январь — февраль 2020 года против аналогичного периода прошлого года). Основной причиной снижения погрузки во многом является падение спроса на ключевые грузы — каменный уголь (-8.4% за январь — февраль текущего года), а также нефть и нефтепродукты (-2.1% за аналогичный период). Сокращение погрузки будет усиливаться на фоне пандемии COVID-19, а также разрыва сделки ОПЕК+ и обострения ценовой войны на нефтяном рынке. Кроме того, падение арендных ставок на фоне роста эксплуатационных затрат тоже спровоцирует снижение спроса на лизинг полувагонов со стороны клиентов. В результате ж/д-сегмент лизинга сократится на 40%.

Впрочем, в зоне риска не только ж/д- и авилизинг, но и розничные сегменты, полагает Михаил Доронкин. В частности, перевод сотрудников на удаленную работу и минимизация деловых встреч негативно отразится на спросе на легковые автомобили, а снижение объема грузоперевозок ударит по динамике лизинга грузовых авто.

— Драйверу рынка — автолизингу — из-за продолжающихся падений продаж как грузовых, так и легковых автомобилей будет сложно показать темпы прироста более 5%, что без учета инфляции будет соответствовать околонулевому росту, — прогнозирует представитель «Эксперт РА». — При этом даже удорожание стоимости среднего автомобиля, в том числе из-за повышения утилизационного сбора, не сможет компенсировать объемы нового бизнеса на фоне спада лизинговых продаж. Обеспечить кратковременный всплеск спроса на лизинг автомобилей может волатильность рубля вследствие ожиданий дальнейшего подорожания машин, а госсубсидии в случае увеличения их объема окажут поддержку рынку, но не переломят негативный тренд.

Если говорить про отдельных игроков, то наибольшие риски сосредоточены в крупных корпоративных сегментах (ж/д-, авиа, водный транспорт), полагает Сараев.

Правда, большинство игроков в этом сегменте — государственные либо окологосударственные структуры. Как например ГТЛК, на 100% принадлежащая Минтрансу. В 2018 году компания стала крупнейшей по лизинговому портфелю в России. А за девять месяцев 2019 года получила 2.3 млрд руб. чистой прибыли по МСФО.

— Среди розничных игроков крупных банкротств мы не ожидаем, так как опыт работы с авто в кризис у них большой, — убежден Сараев. — Кроме того, ряд лизинговых компаний могут рассчитывать на поддержку материнских структур.

Однако в «Эксперт РА» предупреждают, что в случае реализации кризисного сценария сокращение объема нового бизнеса лизинговых компаний по итогам 2020 года может составить более 20%, а его абсолютный размер не превысит 1.2 трлн руб.

Тем не менее по мере восстановления экономической активности именно розничные сегменты лизинга начнут первыми демонстрировать рост, резюмировал Доронкин.


ВЗГЛЯД ЭМИТЕНТА

Мария Селютина, инвестиционный управляющий группы «РЕСО»

— Сейчас мы наблюдаем повышенный спрос на автомобили. Через какое-то время, скорее всего, последует просадка в спросе. Кроме того, возможны дефолты у отдельных представителей малого бизнеса. Однако все это сформирует впоследствии отложенный спрос, как уже было в 2015 году.

Безусловно, часть игроков на рынке лизинговых услуг может испытать серьезные проблемы. Наиболее высокие риски в текущей ситуации возникают у лизинговых компаний, работающих на низкой марже, с неликвидным имуществом и большой долговой нагрузкой.

На наш взгляд, у «РЕСО Лизинг» сегодня наилучшая ситуация в отрасли: самая низкая долговая нагрузка, самая высокая маржинальность и самый ликвидный портфель.

Основной риск для нас сегодня заключается в том, что мы не прирастем на планируемые 40%. Но это лишь значит, что потом мы сможем обеспечить более высокие темпы роста. Так же как в 2014 году, мы видим для себя интересные возможности воспользоваться ситуацией и нарастить долю рынка за счет конкурентов.


Девальвация рубля: девелоперы в плюсе?

Опыт прошлой сильной девальвации рубля в конце 2014 года показал, что в краткосрочном периоде застройщики только выигрывают от паники на финансовых рынках и значительно увеличивают свои продажи, подчеркивает Дмитрий Сергиенко, старший директор по корпоративным рейтингам «Эксперт РА». Чтобы сохранить обесценивающиеся сбережения в начале кризиса население активно начинает покупать квартиры. Однако всплеск продаж в краткосрочном периоде будет оказывать негативное влияние на спрос на квартиры в среднесрочной перспективе, от чего пострадают проекты, которые будут запускаться только через несколько месяцев. Почти половина квартир на текущий момент продается с использованием ипотечных средств, поэтому на спрос также будет влиять поведение банков: под какие процентные ставки они смогут выдавать новые ипотечные кредиты. С учетом перехода на проектное финансирование застройщики вынуждены поднимать цены на квартиры. Но в совокупности с потенциальным снижением спроса в среднесрочной перспективе из-за кризисных явлений застройщикам будет проблематично перекладывать свои возрастающие расходы на потребителей.

— В первую очередь существенно пострадают те участники строительного рынка, у которых высокая доля импортных составляющих в себестоимости; как правило, это девелоперы, задействованные в сегменте элитной недвижимости и недвижимости бизнес-класса, — полагает Александр Диваков, директор группы корпоративных рейтингов агентства НКР. — Помимо рисков удорожания себестоимости есть большая вероятность, что часть платежеспособного спроса может перейти в более дешевые сегменты «комфорт» и «эконом».

В целом, ситуация на рынке жилой недвижимости, по мнению Дивакова, во многом будет зависеть от того, насколько быстро разрешится проблема с пандемией коронавируса. Если она пойдет на спад в ближайшие 1–2 месяца, вероятно снижение объемов приобретения недвижимости на 5–10% во втором квартале 2020 года. При более пессимистичном сценарии антивирусные меры продлятся до августа-сентября 2020 года, а значит, снижение спроса со стороны населения в связи с продолжительным падением доходов многих отраслей экономики, в которых задействована большая часть экономически активного населения, будет более существенным. Во 2-м и 3-м кварталах 2020 года оно может достичь 20% и более.

— Крупные игроки рынка, имеющие достаточный запас прочности и гибкое управление себестоимостью, смогут справиться с негативными изменениями в экономике без существенных корректировок запланированных объемов продаж, а вот многие средние и мелкие игроки, особенно в регионах со слабым платежеспособным спросом, могут обанкротиться. Кроме того, многое будет зависеть от мер поддержки строительной отрасли со стороны государства, таких как субсидирование процентной ставки по кредитам проектного финансирования, — заключил представитель НКР.

Как дела в кризис у эмитентов ВДО?

Zaitsev_150.png

Денис Зайцев, гендиректор ЛК «Роял Капитал»:

Сейчас у «Роял Капитала» в обращении находятся три выпуска биржевых облигаций общим объемом 150 млн руб. Но несмотря на девальвацию и кризис, у компании нет дефолтов, и мы не видим предпосылок для этого. На случай дефолта лизингополучателя у нас отработан механизм оперативного изъятия автомобиля.

Девальвация не вызывает непосредственных и быстрых рисков для компании. Все продажи автомобилей в России, включая прямой импорт, осуществляются за рубли. Валютный риск принимают на себя производители и импортеры. Они хеджируют этот риск лучше, чем их мелкие дилеры. В рублевой цене сразу закладывается несколько процентов на волатильность валютных курсов, это позволяет не повышать цены на автомобили резко.

Обычно падение рубля приводит к всплеску продаж. В ближайшие несколько недель будет рост продаж автомобилей, которые реализуются по старым ценам, и дилеры будут обеспечены ликвидностью.

Рынок новых автомобилей несколько лет находится в нижней точке — 1.4–1.6 млн проданных машин в год. Ниже этого уровня такая большая страна, как Россия, может опуститься только в случае полного коллапса экономики.

У значительной части новых автомобилей очень высокая степень локализации в производстве, что позволяет производителям удерживать рублевые цены достаточно долго. Дополнительным эффектом девальвации становится увеличение экспорта автомобилей, собранных в России, что также поддерживает производителей.

В последнее время дилеры Московского региона начинают ощущать снижение объема хороших подержанных автомобилей, то есть российский автопарк стареет, и выбор на вторичном рынке сужается. Это усиливает отложенный спрос на новые автомобили.

Как ни странно, но панические настроения вокруг коронавируса в некоторой степени могут помочь продажам новых автомобилей. Некоторые потенциальные покупатели могут отказаться от каршеринга и вернуться к собственному автомобилю.


Shevchenko_150.png

Виктор Шевченко, гендиректор и владелец «Трейдберри» (ТМ «Вкусы мира»):

— Чисто по-человечески меня не радует кризисная ситуация, но с точки зрения бизнеса для продуктовых компаний сейчас звездный час. И дело даже не в том, что продукты с длительным сроком годности сметают с полок, но гораздо ценнее, что на фоне ажиотажа розничные сети охотнее идут на включение в свой ассортимент подобных продуктов.

Еще в 2019 году мы поставили своей целью увеличить долю продукции российского производства. В результате чего сегодня компания может быстро перевести основную продуктовую линейку от импортных ассортиментных позиций к российским.

В настоящий момент у нас 38 ассортиментных позиций, готовятся к запуску еще 4, а всего до конца года их количество может достигнуть 55.

Все новые продукты, запущенные в 2019 году, производятся в России. В прошлом году доля импорта снизилась с 70% до 58%. Основные поставки осуществляются из Таиланда. В Китае производятся каштаны, их поставки возобновились в марте после окончания китайского нового года. Валовая маржа на импортных продуктах составляет 80–90%, поэтому частью маржи можно пожертвовать.

После введения новых продуктов уже к концу 2020 года компания планирует снизить объем импорта до 30%. Складские запасы сформированы на необходимом уровне, и их достаточно для бесперебойной работы в ближайшие три месяца.

«Вкусы мира» можно приобрести в 15 000 магазинов по всей России. Но мы активно работаем над расширением географии продаж и развиваем экспортное направление. Сегодня «Вкусы мира» уже доступны покупателям Беларуси и Казахстана, скоро к ним присоединятся Армения, Израиль и Канада.

Кроме классической розницы «Трейдберри» активно осваивает интернет-каналы: мы заключили контракты и начали отгрузки в Ozon, Goods, Utkonos, Beru. А еще думаем о коллаборациях с кофейнями (посетители «Шоколадницы» и Traveler’s-coffee в этом сезоне заказывают кофе-раф с нашими кокосовыми чипсами), разрабатываем новые рецепты совместно с шеф-поварами.

В конце прошлого года компания усилила команду: на должность советника гендиректора по стратегическому развитию к нам пришел Вадим Долгов, до этого занимавший пост президента компании «Азбука Вкуса».

Новые займы в ближайшие полгода «Трейдберри» не планирует, так как компания обеспечена необходимым оборотным капиталом для реализации поставленных задач.


Vesnovskiy_150.png

Алексей Весновский, управляющий партнер сети «Ломбард Мастер»:

— Сейчас у сети «Ломбард Мастер» в обращении находятся коммерческие и биржевые облигации на общую сумму 400 млн руб.

Текущий кризис формирует повышенный спрос на услуги компании — мелкий и малый бизнес, который составляет основу клиентской базы, ищет быстрые способы закрытия кассовых разрывов. За последние несколько недель спрос на услуги сети резко вырос. По нашим оценкам, неудовлетворенный спрос на крупные ломбардные займы достигает 200 млн руб.

«Ломбард Мастер» не выдает беззалоговые займы, только под залог ликвидных активов. Да, в текущих условиях мы ожидаем повышения уровня дефолтов. Есть два понятных варианта работы с дефолтными заемщиками: пролонгация, если в срок выплачиваются проценты, и продажа предмета залога.

Компания обеспечена высоким уровнем собственного капитала, который на конец 2019 года составил 72 млн руб., и способна полностью погасить свои обязательства перед инвесторами в течение трех месяцев. Это время, за которое можно полностью погасить портфель и продать дефолтные залоги.

Важно отметить, что в кризис увеличивается ставка выдачи займов, а стоимость пассивной базы при этом остается стабильной до момента следующего размещения. «Ломбард Мастер» уже повысил ставки по выдаваемым займам.

Один из рисков, с которым может столкнуться компания, — снижение цен на золото в период между приемом его в залог и до момента продажи с торгов (в случае дефолта). Для этих целей компания увеличивает дисконты в период ценовой турбулентности.


Dogaev_150.png

Артем Догаев, основатель «Светофор Групп»:

— Мы очень позитивно оцениваем результаты работы компании в 2019 году: выручка и чистая прибыль выросли по сравнению с 2018 годом.

Привлечение финансирования позволило эффективно инвестировать в разработку и коммерциализацию результатов исследовательской деятельности по созданию и совершенствованию дистанционной теоретической системы по подготовке водителей. Дистанционные образовательные технологии сейчас в тренде, как никогда раньше.

Мы планируем активно развиваться в 2020 году, наращивая присутствие в субъектах РФ в рамках своей инвестиционной программы по принципу win-win. Суть в том, что компания не конкурирует с текущими игроками в субъектах РФ, а предоставляет им качественный сервис по внедрению дистанционных теоретических систем по подготовке водителей в их образовательные процессы. Это позволяет партнерам в субъектах увеличить качество предоставляемых услуг по обучению и, как следствие, увеличить выручку и прибыль.

Так как компания реализует стратегию по внедрению и коммерциализацию дистанционных образовательных технологий на рынок РФ, то в текущих условиях кризиса в связи с распространением коронавирусной инфекции дистанционное обучение находится в приоритете среди потребителей.

«Светофор» работает в РФ, не имеет валютных долгов и расходов, поэтому риски девальвации для компании очень низкие.

При этом у нас довольно низкий уровень долга и хорошее финансовое состояние. Компания будет наращивать инвестиции в совершенствование сервисов разрабатываемой дистанционной теоретической системы по подготовке водителей, учитывая высокий спрос. Так что мы не исключаем возможность привлечь новые займы в этом году в рамках реализации своей инвестиционной стратегии.

НАВЕРХ


ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

✔ Что происходит с нефтью и российским рублем

✔ Как проверить, что ваш ИИС здоров

КОММЕНТАРИИ