Управлять своими рисками

Управлять своими рисками

Автор книги «Правила бессмысленного финансового поведения» Яков Миркин о том, какие риски бывают, что нужно об этом помнить и как ими управлять

Автор: Яков Миркин, д.э.н, завотделом международных рынков капитала ИМЭМО РАН, автор книги «Правила бессмысленного финансового поведения»


Каждый из нас готов сделать так, чтобы следующие поколения в семье не начинали с нуля. Дать им стартовые точки активов, финансов лучше, чем у вас. В России это сделать особенно тяжело. XX век в нашей стране — две гиперинфляции, три денежных реформы, деноминация, и рост, бесконечный рост цен, реальных и номинальных. Каждое поколение теряло свои активы, начинало с нуля. XXI век — пока продолжение этой бесконечной истории. Уже два кризиса, две девальвации и три пенсионные реформы. Стабильности не будет. Жизнь нашего имущества — большое приключение. Тем интереснее с ним поупражняться, в том числе, управляя рисками.


ЧИТАЙТЕ В СТАТЬЕ:

✔ Управлять своими рисками. Четыре «нельзя»

✔ Как попасть на риск. Кредитный и валютный

✔ Ваша личная финансовая пирамида. Три способа ее создать

✔ Сколько времени живут банки

✔ Убийственный процент: процентный риск – превыше всего

✔ Рыночный риск: пропади всё пропадом

✔ Ликвидность - богиня любви
✔ Жаркая глотка. Операционный риск
✔ Вот вы и попались. Политические риски


© При использовании материалов сайта и цитировании — ссылка с URL-адресом обязательна


Управлять своими рисками. Четыре «нельзя»

Первое. Мы часто ищем заговоров, втихую направленных против нас. Если бы мы их нашли, нам стало бы легче. Вина была бы снята с нас самих и перенесена на внешние силы. Идиотизм бытия, наши потери — это не мы. Но лучше самим управлять своими рисками. Конечно, в той мере, в какой риски позволяют это сделать. Иногда мы в самом деле не виноваты. Нет, виноваты. Хотя бы тем, что вовремя не смылись.

Второе. Нельзя не понимать, какие риски перед тобой. Даже назвать их — полезно. Нельзя их не считать. Нельзя не пытаться оценить, что с ними произойдет в будущем. То, что называется прогноз. Нельзя не ставить лимиты на риски — четкие, ясные. Нельзя нарушать лимиты рисков. Дисциплина — прежде всего.

Третье. Мы отстаем от событий. Человеку, у которого всё, в принципе, хорошо и он сыт и удачен, не верится в то, что нормальное течение жизни может быть заменено чем-то «сероводородным». Хотя он клянет власти, но в основе своей уверен, что тепло, еда и дворники на улицах всегда будут. У него нет «встроенного» ощущения повышенных рисков, чутья к ним, он успокоен. И это беда, потому что у каждого в семье были люди, потерянные во время войн и революций, которых было в избытке в последние 100 с лишним лет. Нам нельзя терять чувства рисков.

Четвертое. Мы в общем-то инерционны. Мы опаздываем, когда начинается поворот к лучшему, потому что не верим в него. И, наоборот, опаздываем, когда нужно убегать сломя голову, потому что тяжело перестроиться от сытости к голоду и бегу. Нельзя опаздывать, когда управляешь рисками.

Как-нибудь отдам: как попасть на риск. Кредитный и валютный

Валютный риск — это риск ваших потерь от изменения курса одной валюты к другой.

Кредитный риск — риск не отдать. Взяли в долг в валюте — и не отдали.

Сколько таких историй? В самый кризис, в 2014 — 2016 годах их было больше 20 тысяч семей по стране, 60-100 тысяч человек.[1]

Кто они? Молодые семьи, здоровые, сильные, желающие работать, основа основ любого государства. Поколение 30-40-летних. Когда они взяли ипотеку? 75% семей сделали это в благословенные 2006 — первом полугодии 2008 гг. В те годы, когда цены на нефть, газ, металлы росли, как на дрожжах, на Россию обрушился поток валюты, а рубль центральный банк держал переоцененным. При инфляции в 9-13% в эти годы, непрерывном росте рублевых зарплат рубль укрепился к доллару с начала 2006 г. до середины июля 2008 г. почти на 20%.

Никто не ждал падения цен на нефть или кризиса осени 2009 г. Полная эйфория, темпы роста экономики — 5 — 8%.

Что случилось с рублем? Первый форс-мажор валютные заемщики выдержали. За полгода, к марту 2009 г. рубль упал к доллару почти на 60% (с 23 до более, чем 36). Но мировые цены на нефть отросли, и вскоре наша валюта оказалась в зоне 28 — 30 рублей за доллар.

Все вздохнули, перекрестились — и выдержали, и снова наступила эйфория. Валюты — завались, всё растет. Никто, ни один человек в правительстве, Банке России или банках не прогнозировал будущего шторма.

И, наконец, он настал. Второй форс-мажор — с конца 2013 г., когда сначала Банк России раскачал курс рубля заявлениями и ускоренным переходом к его свободному плаванью, а затем с весны 2014 г. беспрецедентно быстро, рывком усилился доллар к евро. У нас это всегда ведет к падению рубля.

Еще одним толчком вниз для рубля стали обрушение цен на нефть в 3-4 раза и вспыхнувший у нас кризис. И последнюю точку в ослаблении рубля поставили массовый возврат валютных долгов корпораций под влиянием санкций, утрата более 30% международных резервов России и взрывное, в 1,6 раза повышение ЦБР своей ключевой ставки в декабре 2014 г.

Для рубля все это — непереносимые риски. Бежать, слабеть, болтаться, как осенний лист на ветру. И, конечно, упасть — в 2 — 2,5 раза.

Типичный форс-мажор. Валютный риск накрыл банки, арендаторов офисов (у них плата обычно считалась в долларах) и семьи с ипотекой.

Какие потери от валютного риска? У 40% валютных заемщиков выплаты по ипотеке составляли от 30 до 70% ежемесячного дохода семьи, у 21% семей — от 100 до 130%, у 18% — выше 130% ежемесячного дохода.

Состояние дел? В 2015 — 2016 годах квартиры обесценились, суммы долгов в рублях взлетели в 2 −3 раза, 80% квартир, как залоги, не покрывали долгов. Большинство семей прекратили платежи в 2015 г., хотя до этого многие годы платили исправно. Сроки ссуд — еще 10 — 20 лет.

Что происходило? Массовые суды, выселяющие семьи и выставляющие их квартиры на публичные торги. С миллионными долгами, штрафами и пени даже после продажи квартир.

Это и есть валютный риск. И кредитный. Не так, пусть по—другому, случится с каждым. С любым, кто поверит, что рубль — стабильная валюта. Или тем, кто не считает свои риски.


ОБ АВТОРЕ

Mirkin.jpg

Яков Миркин — известный российский экономист, колумнист, академический ученый, писатель. По его книгам учился весь финансовый рынок. Предсказатель кризисов. Практикующий финансист. Соавтор программы «Экономика роста» в России. Доктор экономических наук, профессор. Создатель первой кафедры финансовых рынков (Финуниверситет). Завотделом международных рынков капитала ИМЭМО РАН. Последние книги: острейшая «Открытая дверь» (2018, non-fiction), академическая «Механизмы стимулирования сверхбыстрого роста: мировая практика (2019, в соавт.) о том, можно ли создать «экономическое чудо» в России. В конце прошлого года у Миркина вышла книга — «Правила бессмысленного финансового поведения». Обращаться с финансами умно, красиво и элегантно — подлинное искусство, которому хотел бы научиться каждый. Автор книги выбрал оригинальное решение: всем, кто желает научиться управлять своими финансами, он дает «вредные советы». «Хотите узнать, как вести бизнес в России и полностью разориться? Учитесь на дурных примерах, знаменитых и показательных!» — предлагает Миркин.


Ваша личная финансовая пирамида. Три способа ее создать

  1. Брать в долг под процент, больший, чем тот, под который вы размещаете взятые деньги. Взяли в долг под 10%, разместили на депозит под 5%. Не бывает? Еще как бывает! Или вообще не разместили ни под какой процент. Просто потребляете, надеясь, что доход придет. Или размещаете во что-то (жилье, картины, книги, вина, коллекционные автомобили и т. п.), чья рыночная стоимость должна расти. А она не растет.
  2. Брать в долг, не создавая источники дохода. Просто потреблять, но «перекредитовываться». Замещать один кредит другим, второй — третьим, третий — четвертым и т. п. Обычно со всё повышающимся процентом. Отдавать одни долги за счет других.
  3. Создать, действительно, большую личную финансовую пирамиду. Взято много денег из разных источников. Все они вложены. В самые разные объекты. Доходы от вложений не покрывают процент по долгам. Возврат не успевает ко времени отдачи долгов. До какого-то момента денежный поток позволяет выкручиваться. Но когда-нибудь пирамида лопнет.

    В середине 2018 г. долги населения по кредитам банкам — 13,3 трлн руб. На каждого человека, от 20 лет и старше, проживающего в России — 116 тыс. руб. Это 2,6 средней зарплаты в России на одного человека. Многовато. Процент по кредиту? От 9 с лишним процентов до более, чем 20%. Очень высокий процент. Больше 40% банковских кредитов — ипотека (Банк России). Придется выплатить двойную цену квартиры. За всем этим — миллионы кредитных договоров. Такое же число семей, взявших кредит. Только по ипотеке — около 1 млн (Банк России). Можно быть уверенным, что тысячи семей невольно создали свои пирамиды. Особенно те, кто брал валютную ипотеку в 2005 — 2007 годах.

    Больше всего "личных финансовых пирамид — там, где микрозаймы. В ломбардах, в микрофинансовых организациях. Это уже не банки. Там больше 8 млн заемщиков, каждый квартал подписывается более 5 млн договоров микрозаймов. Процент — от 50 до 95% годовых (Банк России). Ростовщичество. Это значит, что в России только в 2018 году строится не меньше 5 млн личных финансовых пирамид, когда семье — плохо, очень плохо. В следующие годы их будет гораздо больше.

Как вас кинут. Сколько времени живут банки

Банки живут меньше, чем люди. Средняя продолжительность жизни коммерческих банков в Великобритании — полвека. 47% банков живут меньше 30 лет и только примерно 15% справляют 100-летний юбилей. 4,5% банков — те, кому дано жить больше 150 лет, 1,5% — более 200 лет. Минное поле, очень короткие жизненные циклы («life cycles»).[2]

Примерно две трети финансовых институтов, созданных в России в 1990 — 2000-е гг., не дожили до своего десятилетия. Быть созданным в начале 1990- годов, четверть века — таких единицы. Им впору ордена давать. Так что передать счета и деньги через поколение — почти профессиональная задача. Для умных, расчетливых, понимающих, что происходит.

А теперь вспомним.[3]

1994 год. В России около 2400 банков, более 2700 брокеров — дилеров. В приватизацию созданы более 600 чековых инвестиционных фондов. Кризис 1998 г. вывел из бизнеса 15% банков, 40 — 50% брокеров — дилеров, убил все чековые фонды. Кризис 2008 — 2009 гг. вывел из строя еще более, чем 10% банков. Из десяти банков, крупнейших в России по активам в декабре 1997 г., только три остались в этом списке в 2010 г. C конца 1998 г. по 2004 г. число брокеров- дилеров сократилось в 3 раза (до 400). Кризис 2008 — 2009 гг. привел к новым отсечениям (примерно на 10-15%). К 2010 г. в России остались около 1000 коммерческих банков и, по оценке, не более 130-150 брокеров — дилеров, реально работающих на рынке. И, наконец, победа! За 4,5 года (осень 2013 — лето 2018 гг.) погибли 45% банков. У брокеров — дилеров, страховых компаний, пенсионных и инвестиционных фондов темпы «вылета» были еще выше.

Нынче остались 482 банка (июнь 2018 г.). Пока еще остались.

За всей этой историей — потери семьями своих активов. Каждый закрытый — по своей или не своей вине — банк, брокер, фонд оставляет вокруг себя поле «токсичных активов» — не выплаченных, потерянных.

И, мы понимаем, что дело не только в деньгах. В жизнеспособности семей. Будьте трижды осторожны с теми, кого выбираете. Только не нужно их клясть. Дело непродуктивное.

Убийственный процент: процентный риск – превыше всего

Процент — сама изменчивость. То взлет, то посадка. Цикличен. Уже десятилетиями в мире падает. Покрывать свои расходы, когда по вкладам 3-4%, еще можно, а когда 0,1% — уже бессмысленно. Вы уже горе, а не рантье. Так бывает? Да, конечно, если вы живете сегодня (2018 г.) в Европейском союзе.

Мы все пронизаны процентным риском.

А) Когда вы отдаете в долг. Риск того, что вы разместили деньги в банк, рассчитывая на один процент, получили меньше. Пример. Когда сдавали в банковскую кассу наличные, было 7% годовых, через два года стало 4,5%. Или процент по облигациям — размещали свои кровные под одну доходность, а с течением времени она упала. Реальные потери.

Б) Когда вы у кого-то занимаете. Брали кредит под 5% годовых. Через год вам назначили 8%. Так бывает? Да, конечно, если процент — плавающий. Взяли деньги у знакомых под 6%. Через полгода звонок: «Извините, процент везде повысился. Переназначим под 8%. Или отдайте». Арендовали квартиру по 35 тыс. руб. Через год владельцы требуют по 40. Процент стал выше. Реальные потери.

В) Убийство процентной маржи. Брали кредит под 9%, чтобы разместить под 12%. Надежно, солидно, на разницу жить. Процент по кредитам вырос до 13%. А это уже бессмысленно. Варить крутое яйцо. Реальные потери.

Г) Еще одно убийство процентной маржи. Одолжились под 7%, отдали кому-то под 10%. А там процент снизили с 10% до 6%. Реальные потери. У процентного риска есть и другие лица. Но все они вам не понравятся. Бывает, что годами живут так, что занимают дороже, чем размещают. Сами не отдают себе в этом отчет. Не понимают, что происходит. Не считают. Особенно, когда имущества много. И убывают в деньгах.

Шеврон Оранжевый 

Отъем процента. По высочайшему повелению

Где отыскать процентный риск? Так, чтобы жарко стало. Конечно, у батюшки государства.

XIX век. 1890-е годы. Граф Витте. Всесильный министр финансов Российской империи.

«В течение моего управления министерством финансов я совершил громаднейшие конверсии русских займов, т. е. переход с займов с более высокими процентами на займы с меньшими процентами».[4]

XX век.1920-е — 1980-е годы. Практически все займы для населения 1927 — 1945 годов конвертированы в облигации с меньшими процентными ставками. Ставка по облигациям понизилась от 8 — 12% в 1920-х — начале 1930-х годов до 3 — 4% с середины 1930-х годов до начала 1950-х годов и 2 — 3% до конца 1980-х годов.

Зверев. Всесильный нарком / министр финансов (1938 — 1960-е годы). Пусть язык — нынешний, чугунный, но по делу.

«В 1936 году недостаток средств побудил правительство пойти на конверсию: если ранее, согласно условию выпуска займов, размещаемых среди населения и распространяемых в порядке добровольной подписки, государство платило держателям облигаций 8 процентов заемной суммы, то в результате конверсии эта цифра снизилась до 4 процентов».[5]

А вот что он сделал лично. По облигациям, которые свободно покупались — продавались (не раздавались по подписке), процент не был снижен. Оставлен тем же. Нарком решил выяснить, у кого они на руках. Ответ — у «высокооплачиваемых» и еще — у кассиров.

А нечего! Процент снизили и этим. Какая логика? Экономия средств и «выигрыш всем трудящимся».[6]

1998 год. Август. Финансовый кризис. Вспышка процентного риска. В начале лета 1998 г. ставка Банка России была поднята до 150%. В кризис колебалась между 60 и 80%. А затем — конверсия всемирно известных ГКО в бумаги с гораздо меньшей доходностью.

Россия входит в число 25% стран с самым высоким банковским процентом. Он крайне нестабилен.

Мы — страна процентного риска. Невозможно не думать о нем, управляя имуществом семьи.

Бушующий процент

Четверть век в России — сверхвысокий процент. Это стыдно. Кратно выше, чем в странах Восточной Европы. Молодая российская семья не может взять ипотеку под 2 — 3%, как в Чехии. И уж тем более, как в Германии или Великобритании.

Переплата — за всё. Надежда на высокую инфляцию, которая его съест. Это значит — надежда на крайнюю нестабильность, на призрачность финансовых активов, денег.

Процент по кредитам населению в рублях на срок от 1 года до 3 лет в декабре 1997 г. — 21,4%[7], в июне 1998 г. — 166%, в декабре 2001 г. — 20,7%, декабрь 2005 г. — 21,2%, декабрь 2008 г. — 18,1%, июнь 2009 г. — 20,5%, декабрь 2012 г. — 23,5%, январь 2015 г. — 29,7%, декабрь 2017 г. — 15,2%, июнь 2018 г.- 15,6%. Скачет и — двузначный.

В микрофинансовых займах ссудный процент — от нескольких десятков до сотен годовых. В России до 1917 г. 12% — считалось ростовщическим процентом, если выше — в тюрьму.[8]

Такой размер процента, его колебания накладывают огромное бремя / риск на ежемесячные доходы семьи. При малейших перерывах в доходах — можно вылететь на обочину. Нужно считать, взвешивать — удастся ли справиться, и что произойдет, когда процент вдруг опять взметнется вверх. А, впрочем, можете не обращать на него внимания. Как-нибудь. Да ладно.

И тогда точно попадетесь.

Танго, рынок, ча-ча-ча. Рыночный риск: пропади всё пропадом

Это риск падения цены ваших активов на рынке. Вложились в квартиру, а сегодня она стоит 50%. Акции и облигации рухнули в цене. За доллар давали 80 рублей, а сегодня 65. Золото подешевело, скажем, на 30%. Примеров — сотни. Все это — рыночный риск.

Как с ним бороться?

1) Понимать, что жизнь циклична. Неминуемо будут падения. Пытаться их предугадать. Это возможно. Заблаговременно избавляться и выводить деньги в более устойчивые активы. Или, если деньги — длинные, свои, просто ждать, когда кривые опять пойдут вверх. Перекроют прошлые максимумы. Пока так было всегда.

2) Следить за судьбой тех, в кого вложены деньги. Хотя бы их отчеты читать (если это депозиты, акции, облигации). О том, как они живут и работают — банки, компании. Масса примеров, когда самые звучные имена в одночасье переставали существовать. Банкроты. И их не спасали.

3) Ограничить рыночный риск. Договориться сами с собой — что избегать. Или какую долю портфеля вкладывать. Обычно самые доходные — самые рискованные. Вчера были — сегодня осталась половина от цены — завтра могут перестать существовать.

4) Какие активы — самые рискованные?

Нужно разбираться в каждом случае — отдельно. Но есть стандартная шкала — по уровню рыночного риска. Вот она — от большего рыночного риска к меньшему.

— Неформальные финансы (дать в долг родственнику, другу, знакомому, вложиться в их бизнес под обещания высокой доходности). Стоимость актива может очень быстро упасть, особенно, если сделка ничем не оформлена, кроме дружеских объятий и рукопожатий

— Венчуры

— Криптовалюты (биткойны и т. п.), криптофинансовые инструменты (криптоакции, криптооблигации и др.)

— Компании частного капитала, хедж-фонды, венчурные фонды

— Деривативы, структурированные продукты

— Векселя и коммерческие бумаги а) на развивающихся рынках (таких, как Россия), б) компаний малой капитализации -Обыкновенные акции, доли участия и паи инвестиционных фондов а) на развивающихся рынках (таких, как Россия), б) малой капитализации, в) средних, г) крупных

— Привилегированные акции

— Векселя и коммерческие бумаги а) средних компаний, б) крупных

— Облигации и другие ценные бумаги с фиксированной доходностью а) на развивающихся рынках (таких, как Россия), б) компаний малой капитализация, в) средних компаний, г) крупных, д) муниципальные, е) регионов (штатов, провинций, областей), ж) государственных агентств институтов, з) государственные (федеральные, центрального правительства)

— Страховые и пенсионные продукты (сберегательные) а) развивающихся рынков (таких, как Россия), б) малой капитализации, в) средних, г) крупных

— Коллекции материальных объектов (книги, вина, предметы искусства и т. п.), имеющих небольшие полузакрытые рынки с нерегулярными сделками (колебания цен очень замедленны)

— Недвижимость любого рода.

А дальше нужно разбираться в каждом активе. Может оказаться, что вся эта шкала совершенно не годится для вашего случая. Просто повод для размышлений.

Как проиграть на рынке и больше никогда не мучиться. От «A» до «Z»

А) Наконец-то поверить, что рынок будет расти. Войти на него тогда, когда все это уже сделали. Как раз перед тем, как мыльный пузырь лопнет

B) Мотать деньги и сделки туда — сюда. Покупать — продавать ценные бумаги по мелкому сто раз. Или тысячу. Каждый день. Пусть будут обороты и комиссионные у брокера

C) Отдать деньги и бумаги в доверительное управление. И забыть о них. Ждать, когда тебе расскажут, почему ты проиграл и почему ничего нельзя было сделать

D) Не иметь своего мнения. Слушаться аналитиков. Внимать инвестиционным консультантам. Звонить знакомым. Со счастливой улыбкой нажимать на кнопки.

Е) Жить и работать, только как велел технический анализ. Верить в черточки. Изображать кривые и тренды — и радоваться, как все хорошо устроено. Не понимать, что на рынке есть «слоны», определяющие, куда он движется, что он не так велик, не так ликвиден, и что на лужу можно просто наступить, чтобы она разбрызгалась, и сделать это можно даже с небольшими деньгами

F) Строить торговые роботы. Много роботов. С искусственным интеллектом. Они лучше соображают. Они переиграют для меня рынок

G) Впервые войти на рынок и брать кредиты на покупку ценных бумаг. Или деривативов. Или валюты. На 1 рубль своих — 100 чужих. Или даже 200. Больше заработаешь. Вложил один-получил сто. С большим кредитным рычагом. Это всем понятно.[9] Или изображать, как ты валишь рынки. Занимать ценные бумаги, играть на понижение.

H) Быть любителем. Быть не профи. Быть дураком — на рынке им не везет

I) Покупать, потому что актив растет в цене. Вон как ползет. Уверенно, собака, ползет. Давно ползет. Чую, ползти дальше будет. Интуиция

J) Продавать, потому что цена падает. Смотри, как падает. Ну, как листья, падает. Чую, не остановится. Ах ты, тра-та-та, падает. Ну всё — еще раз тра-та-та — продано!

K) Не читать отчетности компаний, чьи бумаги покупаются. Не интересоваться, что с ними происходит. Что в будущем. Покупать по громким именам. Жить слухами, искать слухи, покупать и продавать по слухам. Искать сокровенное знание только на форумах трейдеров

L) Быть слепым к ситуации в стране, к ее экономике. Быть глухим к тому, что происходит в глобальных финансах и мировой экономике. Быть немым — не прогнозировать хотя бы для себя, что дальше в целом, с рынком. Куда он увлекает любую бумагу, будь она хоть семи пядей во лбу.

M) Быть невинным в части рисков. Не знать, не чуять, не оценивать, не управлять. Системный, рыночный, кредитный, процентный, валютный, операционный риски — пусть профессора пишут

N) Не прочитать ни строчки о финансовой математике. Считать, что временная стоимость денег — это деньги, временно осевшие в кармане. А дисконтирование — уценка ценных бумаг в рождественские распродажи.

O) Не быть удачливым. Есть люди, которым нельзя играть на финансовом рынке. А есть те — кто на нем должен быть. Их долго учить — только портить. Они живут на рынке интуитивно. Они — в процессе. Они должны отключить мозги. Как пловец, куда-то стремящийся, чувствующий течение и направление

P) Они — не вы. Это очень редкая порода людей. Чудо, если это — вы

R) Не брать отчеты брокера, не проверять. Хватит и звонков — отдал приказ, гуляй свободно. Не вчитываться в цены, в комиссии, в расценки за платежи. Не считать, сколько стоит купить — и сколько продать. Не торговаться, не задавать вопросы, не ходить — неудобно перед людьми, зачем им надоедать, они работают.



S) Считать, что брокер сам все сделает для вас — налоги, льготы, что брать, где выгодно, а где — не очень, что можно выиграть еще. И даст вам цену — класс! Сам все заплатит, сам все провернет. Что вы — единственный и неповторимый, ценный, как сама финансовая жизнь, к вам — уникальный, нестандартный, особенный подход. По-дружески, за кофе и чайком. Все интересы — только ваши, брокер — бескорыстный ваш слуга

T) Отдать деньги и ценные бумаги брокеру в заем и никогда не спрашивать — ни у себя, ни у него — способен ли он их вернуть и как у него с финансами

U) Брать самые доходные облигации. Чем выше доходность, тем лучше! Ниже курс — выше доход! Неважно, что неликвид. Все равно погасят, куда денутся!

V) Не обращать внимание на курсы покупки и продажи ценных бумаг и валюты, на разницу между ними. Не заморачиваться — купить — продать — опять купить — еще раз продать — не думать никогда, какую часть цены съедает разница между курсами покупки и продажи. Варить бульон из яйца, чтобы был покруче

W) Немедленно бежать туда, где валюту или бумаги продают «без комиссионных». То есть бесплатно, за так, исключительно, чтобы вы были довольны. Не думать, конечно, о том, что есть скрытые комиссионные в разницах между курсами покупки и продажи. И они могут быть очень велики

X) Не думать о курсовых разницах в валюте. Гонять бумаги из рублей в валюту, потом опять в рубли, и еще раз в валюту, пока не обнулишь всю сумму

Y) Считать прибылью ту, что не извлечена, бумажную. Не выводить бумаги в живые деньги, не превращать прибыль в чистую монету, не жить на нее, а просто быть и любоваться иллюзорным бумажным миром, где вы то в шоколаде, то в пролете. Рано или поздно он так и останется — иллюзорным

Z) Верить в рынок, как в пруд, куда забросил удочку и должен что-то выловить. Читать американские учебники и вкладываться в России, как будто вы в Нью-Йорке. Забросить рынок, уйти с него — выигрывают ведь долгосрочные инвесторы —и вернуться лет через десять, за миллионом. На рынке ценных бумаг и деривативов почти нет гарантий. Нет обещаний, это шаткая конструкция, которую трясет. Больше хочешь — больше риска. Для меньшего — плохое место.

Российский финансовый рынок — небольшой, с неликвидами, хищный, штормовой, на нем есть те, кто знает, что происходит, в отличие от вас.

Такие рынки, как российский, сделаны крупнейшими — «слонами» — профи, иностранцами и торговыми роботами — но далеко не вами. И, если вы думаете, что пытаетесь обыграть сотню — другую тысяч таких же трудяг, то это далеко не так. Вам противостоят совсем другие игроки — как в России, так и в Нью-Йорке, и в Лондоне, и по всему миру.

Но тот, кто научился на нем быть, выигрывать, получать доход — испытывает огромное удовольствие сродни дайвингу в самых теплых и опасных морях.

Большая ликвидация. Ликвидность – богиня любви

Знаменитый риск ликвидности. Он очень прост. Вы не можете продать что-то, чем владеете, легко, быстро, без особенных издержек и по той цене, за которую купили, или даже выше. Значит, вы наступили на этот риск.

Или же ваш личный баланс «не идет». У вас впереди — платежи. Но приход денег от ваших активов эти платежи не покрывает. У вас то, что называется «кассовый разрыв». Пустота в кассе. И это тоже — риск ликвидности. Пришел, увидел, победил. Ваш личный баланс — не ликвиден. Так наступают банкротства.

Чем выручить себя в плохие времена

Тяжелые кризисы, волнения, войны и другие долгие бедствия. Дефициты. Все помнят — золотой червонец, старинное кольцо могут спасти жизнь ребенку. Прокормить. Так было во многих семьях. Пусть даже с огромной потерей в цене.

Но всё же. Что резко потеряет в стоимости? На чем будут наживаться? Что продастся только за бесценок?

Да почти всё, что мы копим.

Золото и другие драгоценные металлы. Монеты. Не можете надышаться на фамильное серебро, но его буду скупать по цене лома. Драгоценные камни и украшения. Коллекционеры, как волки, будут рыскать, понимая ваше трудное положение.

Старые книги, первые издания, антиквариат. Рукописи и автографы. Все то, что называется громким именем «искусство» — висит, высится, возвышается, захватывая нас. Любые коллекции. Всего. Время бедствий — время коллекций, которые скупаются.

Акции, облигации, векселя. Торжественно превратятся в бумагу. Никто не собирается платить. Можно скупить всю страну. Чужая валюта — ей будут кранты. Запрещения. Крупные счета — их могут ограничить. Нужно делиться. Финансовые ценности, кроме денег, сразу же умрут.

Деньги? Их будет съедать инфляция. Что еще? Дома, квартиры, куски земли, мелкий бизнес. Ничего не стоят. Уехали — потеряли. Неликвиден — весь мир.

А что ликвидно? Вечные ценности — всё то, что едят, пьют и носят. Чем греются, чем лечатся — чем выживают в самом глубоком смысле этого слова. Ликвидна власть. В обмене власти на блага.

А что еще? Ваши права, накопленные титулы, звания и связи. Ваша общественная ценность. Если вы — увешаны всем, то множество народа вас будет спасать и выкармливать. Да, еще редкостные умения. Гениальный стоматолог — при всех режимах гений.

Да, еще — легкие, мелкие ценности. Их держали в тайных карманах. Да, не ликвидны. Да, будут проданы с огромными убытками. Да, легко найти и отобрать. Но все-таки, может быть, спасут в час «Х». Как это было в 1917 — 1921, в 1930-х, в 1940-х и даже в 1990-х.

Жаркая глотка. Операционный риск

«Его есть много у нас». В один букет собраны сразу много рисков.

А) Риск человеческих ошибок. Не услышали, не поняли, не записали, не то ввели, замечтались и следов не оставили. Бывает, что и доказать нельзя. Купили вместо того, чтобы продать на финансовом рынке. Нет сделки, хотя был приказ. Не избавились от актива. Не то приобрели. Отказались, хотя нужно было согласиться. Что под чертой? Потери.

Б) Риск сбоев систем. Риск пожаров, стихийных бедствий, землетрясений. Финансовые рынки — это вычислительные сети + средства коммуникаций национального масштаба. Ваши активы регистрируются, хранятся, торгуются, раскрываются. То же — недвижимость, депозиты, сделки, права. Рынки изменяются со скоростью времени. Любые нарушения, сбои, остановки торгов — это финансовые потери. Не говоря уже о прямой утрате активов, если записи о них будут утеряны. Реестры, депозитарии активов— святая святых с точки зрения надежности технических систем. Физические хранилища? Депозитные ящики банков, хранилища для картин, редких драгоценных камней, марины для яхт. Как хранить коллекцию старинных книг? Все это сложные технические системы, подверженные риску сбоев и разрушений.

В) Криминальный риск. Дальше читаем Уголовный кодекс — все, что он может предложить. Хакерство. Кража активов. Мир финансов — это мир компьютерных преступлений. Совершаемых в доли секунды.

Г) Риск действий финансового института (банка, брокера, управляющей компании, пенсионного или инвестиционного фонда и т. п.) не в вашу пользу. Активы продадут по завышенной или купят по заниженной. Вам могут скрыто «впихнуть» неликвидные активы. Взять скрытые комиссионные. Рекомендовать покупать, когда нужно убегать с рынка. Лишь бы вы заплатили за услуги.

Как справиться с операционным риском. Доверять, но проверять. Быть только с теми, кто лучшего качества. Документировать. Хранить копии. Резервировать. Не работать только с одним. Сравнивать. И, наконец, читать договора, отчеты, не подписывать их, не глядя. Делать это заранее, понимая, что, когда входишь с кем-то в денежные отношения, ты — весь его. Его риски — твои. Не жалеть времени на то, чтобы хотя бы несколько раз в год задуматься о своем операционном риске.

Политические риски. Дедолларизация

С начала 1990-х годов, больше четверти века в России были высокая инфляция и рубль, падающий к мировым резервным валютам — доллару и евро. Взрывные девальвации, одна за другой, через 6-10 лет. Как следствие — любовь к доллару и евро как средству спасения, способу сберечь нажитое. Особенно в крупных городах.

Россия традиционно — один из крупнейших в мире держателей наличных долларов и евро. Более половины стодолларовых купюр находится за пределами США. В России — десятки миллиардов наличных долларов. Особенно в Москве. Более половины обмена валюты на рубли и наоборот через банки — через Москву. Но отношения России с Западом, мягко говоря, традиционно не однозначны. Наличные доллары или евро в Москве или в Петербурге, или в Новосибирске — это экспорт из США или Европейского Союза хорошо приготовленной, резаной бумаги против импорта из России реальных товаров. Огромная выгода для США и ЕС, так называемый «сеньораж» от эмиссии наличных денег.

Это значит, что всегда есть риск — большое желание закрыться, запретить хождение наличных долларов, евро или другой иностранной валюты у нас дома. Как это было в советское время. Как это случилось в 1920-е — 1930-е годы. И как всегда бывает, когда экономика пытается ощетиниться, стать закрытой крепостью или даже вернуться в командную, административную.

Этот риск всегда стоит помнить тем, кто держит часть семейного имущества в валюте или ценных бумагах с номиналом в валюте. Оценивать этот риск. Идея «ограничений на хождение валюты» тлеет, искрится. То выскакивает наружу открытым огнем, то вдруг скрывается под поверхностью, но она жива, курилка! И занимает умы и сердца тысячи шеф-поваров на нашей кухне.

Что ж, у «дедолларизации» есть много рецептов. Ее готовили, кто на медленном, кто на быстром огне, в сотне стран. Итак, 13 пламенных рецептов, как избавиться от доллара за 100 дней.

Выпаривание

1) Лимиты на выдачу наличной валюты в одни руки в течение одного дня / недели / месяца.

2) Запреты на перевод за границу больше какой-то суммы.

3) Налог (сбор) на покупку валюты. Купил по курсу, заплати еще 1% от суммы покупки.

4) Налог (сбор) на продажу валюты. Продал по курсу, заплати еще 0,5% от суммы продажи. Или сбор / пошлина за совершение валютных платежей (гостиницы, билеты, товары в интернет-магазинах)

5) «Репрессивный» курс на покупку — продажу валюты. Скажем, рыночный курс ЦБР — 54 руб., а вы можете продать банку доллары только по курсу 40. Или купить у банка доллары только по 65. Система специальных курсов, много хуже рыночных

Вымачивание

6) Всяческие справки, объяснения, обоснования, зачем покупаете валюту, зачем ее переводите, зачем живете с валютой в руках! Подтверждения того, что операция — не фиктивна. Страшные бумажки.

7) Частичные запреты на валютные депозиты, валютные счета, валютные ссуды, брокерские счета (по суммам, срокам, причинам). Зачем вам три валютных счета, и все в разных валютах? Так люди не живут.

8) «Нельзя» на выдачу валютных платежных карточек. Четыре карточки? Не полагается. По правилам — только одна. Выскабливание

9) Жесткие ограничения на вывоз наличной валюты. Не 10000 долл., как сейчас, а, скажем, 1000 долл. «Крошечные» лимиты на снятие валюты в банкоматах по карточкам за границей, на оплату карточками в магазинах и проч. за рубежом. Таможенное декларирование даже мелких сумм.

10) Прямой запрет на хранение наличной валюты (или свыше какой-то суммы). Валюта — для расчетов, а не для сбережений. Сдать в течение семи рабочих дней все валютные излишки (быть может, по принудительному курсу). Покупка валюты — только в пределах потребности (лимиты при выезде заграницу)

Выжимание

11) Запрет на сделки «физических лиц» с активами, выраженными в валюте (фьючерсы на доллар, например, или евроблигации, акции, номинированные в валюте).

12) Запрет «физическим лицам» на безналичную покупку — продажу валюты, на конвертацию в валюту денег на рублевых счетах и обратно.

13) Запретить хождение какой-то одной («вражеской», вредоносной) валюты, а остальные — оставить.

И еще творожная масса из других запретов для банков, компаний и всякого, кто умеет прочитать: В-А-Л-Ю-Т-А!

Как к этому относиться?

В кризис валюта для всех — средство спасения. После кризиса валюта сама по себе рассасывается. Долларизация экономики резко уменьшается. Но несмотря на все опровержения лежит на поверхности легкий рецепт, к тому же одобренный народом. Валюта супостата — взять и запретить, ограничить, выдворить из оборота. К тому же для многих доллар — валюта, обреченная на гибель, о чем рассказывают сотни фантастов.

Нужно ли это?

Бывает, что, когда корабль тонет, чтобы спасти родные финансы, приходится вводить валютные ограничения. Украина, Беларусь, Кипр, Греция и еще сто стран. Всё это было. Только в отчаянной ситуации. Как ответ на кризис. В обычное время это был бы политизированный, пропагандистский шаг. Не экономический. Замечательный шаг для того, чтобы еще раз понять, насколько высоки риски у нас дома...

НАВЕРХ


ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

✔ Какие ошибки люди чаще всего совершают на фондовых рынках

✔ Рэй Далио: как управлять долговыми кризисами
✔ Периодическая система инвестиций


КОММЕНТАРИИ